- 1 Украина глазами мира: от «постсоветской» до «страны войны»
- 2 От стереотипов к собственному голосу: каким становится украинское кино
- 3 Кино как культурная дипломатия
- 1 Украина глазами мира: от «постсоветской» до «страны войны»
- 2 От стереотипов к собственному голосу: каким становится украинское кино
- 3 Кино как культурная дипломатия
Анна Мачух, генеральный директор Одесского международного кинофестиваля, который пройдет с 27 августа по 4 сентября 2026 года, в интервью 24 Каналу рассказала, как украинское кино может изменить стереотипное восприятие Украины в мире.
Почему в киноисториях важно говорить не только о войне, какую роль в культурной дипломатии играют кинофестивали и почему именно разнообразие украинского кино может стать ключом к формированию нового образа государства.
Украина глазами мира: от «постсоветской» до «страны войны»
Анна Мачух о современном украинском кино / Фото Анны Мачух
Какие стереотипные представления об Украине до сих пор остаются наиболее заметными в международной кинематографической среде и откуда они берутся?
Я думаю, что одна из наших главных проблем заключается в том, что в течение очень длительного времени Украина была недостаточно представлена в мировом культурном пространстве своим собственным голосом. О нас часто рассказывали другие – прежде всего Россия, которая десятилетиями присваивала украинских деятелей искусства, историю и культурные явления и в то же время формировала представление об Украине как о части российского культурного пространства. Последствия этого мы видим до сих пор, когда за рубежом приходится объяснять, почему определенные режиссеры, актеры, писатели или художники, которых годами называли «русскими» или «советскими», на самом деле имеют непосредственное отношение к украинской культуре.
Существует и другой набор стереотипов: Украина как постсоветская, бедная, травмированная страна где-то на периферии Европы. После 2014 года к нему добавился образ страны войны, а после 2022-го он закономерно стал доминирующим. Это понятно, ведь сегодня Украина переживает крупнейшую войну в Европе со времен Второй мировой, и она определяет жизнь миллионов людей. Проблема возникает тогда, когда война становится единственной оптикой, через которую мир смотрит на Украину.
ТопливоСредние цены в сети АЗС «Amic Energy» по состоянию на
Кино может расширить эту оптику, потому что оно показывает не абстрактное государство, а людей. Современный Киев, Одессу, Львов или Харьков, наш юмор, отношения, конфликты поколений, музыку, профессиональную среду, молодежь, семьи, наши споры о прошлом и представления о будущем. Именно из таких историй, в конечном счете, складывается гораздо более сложный и правдивый образ страны.
Насколько украинское кино за рубежом до сих пор воспринимается преимущественно через призму войны? Существует ли риск, что это сужает представление об украинской культуре?
Безусловно, сегодня война остается главным контекстом, в котором мир говорит об Украине, и было бы странно ожидать иного. Война определяет нашу повседневную жизнь, меняет людей, города, семьи, саму структуру общества. Украинские художники живут внутри этой реальности, поэтому она естественным образом присутствует в их работах.
Более того, я бы очень осторожно относилась к призывам «меньше говорить о войне». Пока война продолжается, Украина должна бороться за внимание мира. Документальное кино сегодня выполняет чрезвычайно важную функцию свидетельства. Оно фиксирует происходящее, персонализирует статистику, противостоит российской пропаганде и оставляет материал для исторической памяти. «20 дней в Мариуполе» – самый наглядный пример того, насколько мощным может быть влияние кино в этом смысле.
Риск возникает не из-за того, что украинцы много рассказывают о войне. Он возникает тогда, когда международный рынок начинает ожидать от украинского автора только войны, а другие украинские истории кажутся ему недостаточно «украинскими». Тогда формируется новый стереотип: если фильм из Украины, он обязательно должен быть о фронте, оккупации или травме.
Мы не должны попасть в эту ловушку. Украинская культура гораздо шире войны, хотя война сейчас является неотъемлемой частью нашего опыта. Нам нужно одновременно документировать ее и создавать кино обо всем остальном, с чего состоит жизнь. Когда украинский режиссер снимает комедию о двух братьях, драму о взрослении или фантастическую историю, это тоже культурная дипломатия. Возможно, даже особенно важная, потому что она возвращает Украине право быть в глазах мира не только территорией трагедии, но и живой современной европейской страной.
От стереотипов к собственному голосу: каким становится украинское кино
Анна Мачух об изменении образа Украины в кино / Фото Анны Мачух
Насколько украинскому кино за последние годы удалось отойти от образов, с которыми Украину традиционно ассоциировали за рубежом?
Очень существенно. И, на мой взгляд, одно из самых значительных изменений заключается даже не в тематике фильмов, а в том, что украинское кино все увереннее рассказывает об Украине изнутри, а не пытается соответствовать ожиданиям внешнего зрителя.
Мы видим чрезвычайно разнообразное украинское кино. Есть авторские драмы, документальные фильмы, комедии, исторические картины, анимация, триллеры, военное кино. Есть фильмы о Крыме и Донбассе, об украинских городах и деревнях, о крымских татарах, о культуре и исторической памяти, но в то же время есть истории о любви, взрослении, одиночестве, семье, карьере – то есть об универсальном человеческом опыте.
Показательной для меня является и международная траектория украинских фильмов. Наше кино регулярно представлено на крупнейших мировых фестивалях; украинские авторы получают награды; фильмы покупают международные дистрибьюторы и платформы. «20 дней в Мариуполе» Мстислава Чернова получил первый в истории Украины «Оскар». «Мавка. Лесная песня» стала примером украинской анимации, способной работать с массовой международной аудиторией.
То есть постепенно происходит очень важный переход: Украина перестает быть лишь местом, где происходят определенные драматические события, и становится субъектом, который сам создает истории о себе. Для меня это один из ключевых признаков культурной субъектности.
Какие жанры и темы, по вашему мнению, могут больше всего помочь показать миру многогранную современную Украину – комедии, драмы, историческое кино, жанровые фильмы?
Я бы не ограничивала это конкретным жанром. Наоборот, нам нужно максимальное жанровое разнообразие, потому что невозможно преодолеть стереотипный образ Украины, заменив один доминирующий тип фильмов другим.
Нам нужны документальные фильмы о войне, потому что они фиксируют реальность, свидетельствуют о российских преступлениях и сохраняют нашу память. Нужно историческое кино, потому что огромные пласты украинской истории до сих пор либо неизвестны миру, либо известны через российскую и советскую интерпретацию. Но нам так же нужны комедии, романтические истории, детективы, триллеры, хорроры, фантастика, анимация, семейное кино.
Особенно важным я считаю развитие жанрового кино. Жанр позволяет говорить с международным зрителем на понятном кинематографическом языке, не отказываясь от собственной идентичности. Человек в Испании, Франции или Канаде может прийти посмотреть хороший триллер или комедию не потому, что чувствует долг поддержать Украину. Он просто хочет увидеть хорошее кино – и благодаря ему неожиданно открывает для себя украинский город, украинскую музыку, наших актеров, юмор, образ мышления.
Это очень важное изменение. Мы должны стремиться к ситуации, когда украинское кино за рубежом смотрят не только потому, что оно украинское и мир солидарен с нами, а потому, что это конкурентоспособное, интересное кино.
И здесь нет противоречия между культурной дипломатией и индустрией. Лучшая культурная дипломатия – это культура, которая сама по себе вызывает интерес.
Кино как культурная дипломатия
Анна Мачух о кино как части культурной дипломатии / Фото Анны Мачух
Какую роль в процессе освещения Украины за рубежом играют украинские кинофестивали и, в частности, Одесский международный кинофестиваль?
Кинофестиваль – это не только место, где зрители смотрят фильмы. Это место встречи национального кинематографа с международной индустрией: продюсерами, режиссерами, фестивальными программистами, дистрибьюторами, сейлз-агентами, журналистами. И именно эти профессиональные контакты часто определяют дальнейшую судьбу фильма.
Для украинского кино сегодня это особенно важно. Мы должны не только создавать хорошие фильмы, но и обеспечивать им путь к международной аудитории. Фильму нужны фестивальная премьера, международные продажи, дистрибуция, профессиональное обсуждение вокруг него. Без этой инфраструктуры даже очень сильная картина может остаться практически незамеченной за пределами страны.
Одесский международный кинофестиваль с самого начала задумывался как площадка, что объединяет украинскую и международную киноиндустрию. Для нас принципиально важно показывать современное украинское кино в международном контексте, знакомить иностранных профессионалов с украинскими авторами и создавать возможности для партнерств. После начала полномасштабной войны к этому добавилась еще одна функция – поддерживать присутствие Украины в мировой кинематографической повестке дня.
При этом я считаю важным, чтобы международный разговор об украинском кино не ограничивался лишь войной. Когда мы представляем Украину, мы представляем не только страну, сопротивляющуюся российской агрессии, но и страну с большой кинематографической традицией, новым поколением авторов, собственной эстетикой и стремлением быть полноценной частью европейского и мирового кинопроцесса.
Какие примеры украинских фильмов последних лет вы считаете наиболее успешными именно с точки зрения культурной дипломатии и международного позиционирования страны?
Если говорить о международном влиянии, невозможно не начать с «20 дней в Мариуполе» Мстислава Чернова. Это гораздо больше, чем фестивальный или оскаровский успех. Фильм стал свидетельством российских преступлений и дал миллионам людей возможность увидеть Мариуполь не через сухую статистику новостей, а через конкретные человеческие истории. Первый украинский «Оскар» также имел огромное символическое значение: украинский голос прозвучал на одной из самых влиятельных культурных платформ мира.
Еще один важный пример – «Мавка. Лесная песня». Это совсем другой тип культурной дипломатии. Фильм опирается на украинскую мифологию, визуальную культуру, музыку и фольклор, но делает это в форме, доступной широкой семейной аудитории. Для меня особенно ценно, что знакомство с Украиной здесь происходит не через войну. Зритель сначала увлекается историей и миром фильма, а уже через них открывает для себя украинскую культуру.
«Памфир» Дмитрия Сухолиткого-Собчука – еще один очень важный пример. Это локальная, очень украинская история, которая в то же время оказалась понятной международной аудитории. В этом, на мой взгляд, заключается важный урок для всей индустрии: чтобы быть универсальным, не нужно становиться менее украинским. Часто работает как раз наоборот – почему автор точнее знает свою среду и рассказывает о ней, не пытаясь приспосабливаться к чужим ожиданиям, тем интереснее его кино становится для мира.
Я бы также упомянула «Люксембург, Люксембург» Антонио Лукича и «Ты – космос» Павла Острикова. Это прекрасный пример того, что украинское кино может общаться с миром через юмор, семейные отношения и универсальные человеческие эмоции. Такие фильмы очень важны именно для расширения образа Украины. В конце концов, культурная дипломатия не должна зависеть от одного фильма, одного режиссера или даже одного международного успеха. Наиболее сильное позиционирование возникает тогда, когда мир видит десятки очень разных украинских историй. Когда рядом существуют «20 дней в Мариуполе» и «Мавка», «Памфир» и «Люксембург, Люксембург», документальное, авторское, историческое и массовое кино, тогда и возникает понимание, что Украина – это не один сюжет и не один образ.
Именно так, на мой взгляд, и разрушаются стереотипы: не тогда, когда мы пытаемся объяснить миру, какой Украина не является, а тогда, когда даем ему достаточно сильных, разных и современных украинских историй, чтобы он увидел, какой она является на самом деле.